Музыкальное путешествие на звучащей лодке Yarga Sound System

 

 

Впервые в Минске в рамках социально-культурного проекта «Альтернативный понедельник», презентация которого состоится 7 ноября на площадке «Корпус 8» (г. Минск, пр-т Машерова, 9, к. 8), выступит этно-электронный коллектив Yarga Sound System, или «Лодкаструн» (звучащая лодка). Уникальность группы состоит в использовании традиционной лодки-однодеревки (ботника) в качестве музыкального инструмента. Участники проекта — Александр Леонов и Ольга Гайдамак.

«Лодкаструн» был впервые задуман и реализован в Суздале в 2012 году, в рамках творческой лаборатории «Человек»-«Игра 3000». Автор идеи — Александр Леонов («Yar-Ga»). Лодка-однодеревка являет собой идеальный образец лодок для небольших рек, использовалась для перевозки сена с заливных лугов, лученья рыбы, охоты весной по талому льду и т. д. Такие лодки бытовали на территории Карелии и Финляндии. В эпических текстах, в эпосе «Калевала» лодка и музыкальный инструмент кантеле являются центральными объектами. «Лодкаструн» — это и лодка, и инструмент.

С 2012 года «Лодкаструн» принимал участие во всех творческих лабораториях сообщества «Человек»-«Игра 3000» в Суздале, галерее «Арт Плей» с участием Сергея Старостина, проекте Института Гете «Сказки братьев Гримм» в Санкт-Петербурге, в «Музыкальном фестивале-ярмарке народных ремесел и промыслов» в Сочи, культурно-туристическом проекте «Путешествие МИРА», фестивалях «Белый Шум» на Белом море и «Музыки мира» в Шереметьевском дворце. И это далеко не полный список.

В музыке Yarga Sound System удивительная глубина. Ни на что не похожие, пронизывающие, уносящие звуки. Невероятное погружение. Не замечаешь, как оказываешься уже где-то далеко, трогаешь ступнями карельскую землю с ее скалистыми берегами, туманными реками и озерами, северными деревнями, душистым можжевельником и кружевным мхом. Мы связались с Александром Леоновым, чтобы подробнее узнать о проекте, его участниках и о звучащей лодке.

Саша, в одном из интервью Вы сказали: «…народный эпос подсказал, что можно играть на лодке. Расскажите, пожалуйста, об этом.

Вяйнемейнен (фин. и карел. Väinämöinen) — главный герой карело-финского поэтического эпоса «Калевала», на основе карельских и финских народных эпических песен. Вяйнемейнен поймал гигантскую щуку и из ее челюсти сделал инструмент кантеле. В эпосе «Калевала» два центральных объекта: лодка и инструмент для аккомпанемента эпическим песням и стихам.

Поделитесь Вашим первым музыкальным опытом. В 2012 году в Суздале, в рамках творческой лаборатории «Человек»-«Игра 3000», где брали лодку, как ее настраивали?

Коллекционер Мартынов приобрел три таких лодки и вот одну из них отдал для творческих нужд лаборатории. Собственно, там и родилась идея оснастить лодку струнами. В Суздале мы использовали лодку мастера Напылова из Нижегородской области, а позже Илья Драгунов предложил сконструировать лодку своими руками, нашел подходящее дерево. Потом Карельский информационный туристский центр профинансировал проект, и в 2016 году мы построили свою лодку.

 

 

 

 

Сколько времени ушло, чтобы создать такой необычный инструмент?

В общей сложности около недели. Потом несколько месяцев сушили ее, доводили до ума: выдалбливали стамесками, ставили порки, подбирали струны. Для струн мы используем леску для триммера разного диаметра. Можно поставить арфовые жилы, но они быстро изнашиваются. Этот пластик — долговечнее.

У Ольги очень нежный, очаровательный вокал. В сочетании с Вашим голосом — просто невероятное звучание и погружение. Расскажите, как сложился ваш удивительный творческий тандем?

Это произошло очень давно, еще в прошлом тысячелетии (смеется).

А кто в коллективе автор, композитор? Приоткройте нам, пожалуйста, музыкальную кулису.

Вся музыка создается в соавторстве. Следует сказать, что проект с лодкой — практически всегда импровизация. И каждый раз музыка звучит по-разному. Хотя, конечно, есть некая электронная основа, костяк, который почти не меняется. Но что касается непосредственно игры на лодке — как правило, каждый раз все происходит по-новому.

Какие еще музыкальные инструменты звучат в ваших композициях? Я знаю, что Вы и сами их создаете, расскажите о своей мастерской.

Да, я как раз начинал с традиционных духовых музыкальных инструментов. Потом стал создавать струнно-смычковые и струнно-щипковые: гусли, кантеле, йоухикко, гудки. В проекте с лодкой также звучат духовые. Они идут как поддержка, скорее, как краски, потому что в основном — это звучание лодки и голоса.

А расскажите немного о национальных карельских инструментах. Какой из них самый яркий представитель северорусской традиции?

Кантеле и йоухикко. Кантеле — карельский и финский щипковый струнный инструмент, родственный гуслям. Он относится к группе дощечных цитр. Йоухикко и гудок —струнно-смычковые. Гудок — русский (если быть точнее — новгородский) народный струнный музыкальный инструмент, смычковая лира, а йоухикко — его карельский брат. У меня, кстати, совсем скоро в Шереметьевском дворце в Санкт-Петербурге состоится концерт-лекция, где я буду представлять эти национальные карельские инструменты.

Русский Север. Сейчас много говорят о его уникальности, самобытности. Это один из символических центров России, носитель культурных смыслов, народное наследие. Что для Вас Русский Север?

У нас из окна виднеется Онежское озеро — второе по величине на территории Карелии. До него можно дойти пешком. Собственно говоря, этим все сказано. А что касается песенного и культурного наследия — пожалуй, сегодня мы можем только воображать, догадываться. Есть только музейные проекты, государственные ансамбли. А вот исконного, прямо от земли, уже практически не существует. К счастью, остались люди, например, в Заонежье — носители диалекта. Собственно, по этому диалекту, по их говору можно определить какую-то мелодизацию. Мы ездим туда в деревни просто послушать их речь. Это не фольклорные экспедиции, мы ничего не записываем, а просто слушаем музыку говора. Так и вдохновляемся: через озеро, природу, людей.

Получается, что словесная основа в ваших композициях — это не национальное наследие в привычном понимании, а что-то свежепридуманное, стилизованное под карельский фольклор?

Не стилизованное, а, скорее, пропущенное через себя. Все, что служит для нас вдохновением, — проходит через нас. Мы не повторяем когда-то созданное и собранное наследие, а пытаемся услышанное и увиденное пропустить через себя, переосмыслить, идти по собственному музыкальному пути.

Какие места Русского Севера, Карелии смогли Вас по-настоящему удивить? Куда бы Вы посоветовали обязательно съездить нашим читателям?

Карелия разная. Она бывает православная. Точнее, «есть» православная. Есть древняя, языческая, где камни, карельские сейды — священные объекты северных народов, петроглифы — наскальные изображения. Можно съездить на Бесов Нос — мыс на восточном побережье Онежского озера, на Белое море в Беломорск, в Залавругу, одно из самых известных мест севера Карелии, посмотреть петроглифы — протописьменность, каменную летопись северных земель. Обязательно нужно побывать на Воттовааре. Это место хранит много загадок: и культовые сейды, и деревья причудливой формы, и особенную атмосферу. Непременно съездите на Валаам, Соловки. Интересен по своей форме и содержанию фестиваль «Белый шум» на чупинском заливе Белого моря — самый край северной Карелии. Еще можно съездить на Чертов стул в Петрозаводске — геологический памятник на восточном склоне горы Большая Ваар — бывшего вулкана. Это замечательное место буквально в черте города. Там ботанический сад, медведи ходят. А можно просто поехать в карельский лес или на берег Онежского озера. Здесь везде прекрасно.

 

 

 

 

А Вы же сами из Петрозаводска? Какая атмосфера у города?

Город — он и есть город. Сейчас в городах сложно. Лучше уезжать в деревню, в лес, общаться с природой. Раньше в Петрозаводске была активная культурная жизнь. Работал культурный центр «Выход», проходили фестивали «Выходки», международное триеннале визуальных искусств «Отпечатки». И музыканты, и художники, и театралы варились в одной культурной истории. А теперь этого не стало. Все ссылаются на кризис. Тем не менее какие-то локальные вспышки происходят, но гораздо меньше, чем, скажем, лет пять назад.

После просмотра фильма «Атлантида Русского Севера» режиссера Софьи Горленко у меня возникли противоречивые чувства. С одной стороны, ей удалось отразить непередаваемое: особый дух северной земли. С другой — невиданная печаль, боль от ощущения ненужности, чувство безвозвратной утраты. Есть ли надежда не потерять великое наследие? Что в силах сделать каждому человеку?

В целом то, о чем Вы говорите, — не сегодняшняя проблема. Проблема возникла гораздо раньше: люди уезжают из деревни, бросают дома. Такого полно. И сегодня данная тема превратились в конъюнктуру. У меня сложилось совсем другое восприятие. Например, деревня Загубье, куда мы ездим, — наоборот, возрождается. Нормальные люди работают на земле, ловят рыбу, топят бани, дома строят, и все хорошо. Нет пресловутой грусти-печали, изображенной в подобных картинах. Никто никуда не уезжает, а только приезжает. Дайте землю — люди приедут. Многие без лишних слов просто берут и начинают с нуля. При этом строят или восстанавливают храмы. И делают все сами, без всякого кино и московских денег.

Давайте снова о музыке. Как Вы считаете, каким образом возможно в современных интерпретациях сохранить саму традицию, но в то же время говорить на современном языке? Насколько живы, актуальны традиции и фольклор как музыкальные направления сегодня?

Более чем актуальны. Появилось много гусляров, мастерских по изготовлению инструментов. И среди этой массы много подделок, я бы даже сказал — поделок. Да, именно поделок. И они какие-то холодные. Я был в Суздале на лаборатории «Гусли мира», инициатором и организатором которой является Елена Фролова. И туда приезжали новоиспеченные артели. Инструменты все холодные, и продают их очень дешево, сбивая тем самым цену настоящим мастерам. В общем, много неживого, пустого повторения. И из-за такого подхода интерес к настоящим истокам, к подлинному, исконному во многом спадает. Есть Сергей Старостин и еще несколько музыкантов (их можно по пальцам перечесть), которые создают действительно хорошую музыку.

Сергей Старостин, пожалуй, один из ярких музыкантов, которому удалось совместить фольклорное наследие и современное звучание.

Он, конечно, оказался в нужное время в нужном месте. И в хорошем окружении. Все началось со знаменитого Moscow Art Trio в составе Шилклопера, Альперина и Старостина. Альперин в коллективе был генератором идеи, одним из первых, кто соединил джаз и академическую музыку с фольклором. И получился просто замечательный сплав, фантастическое открытие. Проект ездил с болгарским хором, с музыкальной группой из Тывы «Хуун-Хуур-Ту», исполняющей традиционную тувинскую музыку.

Я вообще занимался изобразительным искусством: скульптурой, визуальными объектами и перфомансами. И когда коллектив Moscow Art Trio приехал в Петрозаводск, наверное, лет 20 назад, я вдохновился фольклорной темой в таком изложении. У Альперина хорошо получалось соединять разнообразные корневые вещи, пока он не уехал жить в Норвегию. Музыканты недавно собирались на юбилей Moscow Art Trio, и мне показалось, что это уже не то. Может быть, Альперин утратил связь со своей землей, природой, ведь он работает, играет и преподает в Норвегии. Это ведь другая земля, там нет этой подпитки. Вот тувинцы, о которых я говорил, группа «Хуун-Хуур-Ту», — все время возвращаются к себе на родину, в свою родную Тыву. Поэтому желаю всем фольклористам больше и чаще общаться со своей землей, с людьми — носителями языка. Может быть, тогда и поделки прекратятся.

 

 

 

 

Саша, вы раньше бывали в Минске, в Беларуси?

Были два раза в Витебске, проездом. Минск посетим впервые. У нас, к сожалению, будет короткий визит, и удастся посмотреть город и Беларусь в целом. Но мы надеемся, что хорошо и красиво сыграем, и вскоре вы нас снова пригласите.

Договорились! Мы очень вас ждем и активно готовимся.

Мы тоже готовимся (смеется).

Александр, заключительный вопрос. Как Вы считаете, подлинное искусство, творчество, в том числе и музыка, должны уводить от реальности или, наоборот, возвращать в нее?

Возвращать, конечно. Но в то же время не уводить, а открывать. Открывать внутренний взор. И возвращать в более реальную реальность, чем та, которая нас окружает: все эти кризисы, серые будни, о которых нам постоянно говорят. Музыка, фольклор — это тоже реальность, которая призвана вдохновлять и возвращать к корням. Именно это мы и пытаемся делать в рамках нашего проекта.

 Приглашаем всех читателей в увлекательное музыкальное путешествие со звучащей «Лодкаструн»!

0

Написать комментарий...

Цитата

похожие статьи

Искусство руководить людьми Если вы увлекаетесь Дейлом Карнеги и ему подобными манипуляторами, то вам нужно подготовиться к тому, что рано или поздно вы останетесь…
Великопостные концерты: музыка должна объединять «Хочется, чтобы Великопостные концерты прошли в духовном единстве и на них пришли все — и люди верующие, и люди, которые ищут Бога,…
Душа человеча «Восстани, восстани, что спиши, что спиши, душа человеча, почто не радиши? Смерть грешников люта, и должен всяк знати: чисту душу взявши,…

интересное

ИСТОРИЯ УСЫНОВЛЕНИЯ (ЧАСТЬ ВТОРАЯ) Без мамы брошенный ребенок чувствует не просто грусть и одиночество, а ужас смерти. «Ненормальное поведение сирот — это нормальная…
Вдохновляет наступившая весна (часть первая) «Жизнь — прекрасный миг, короткий миг, как птицы крик. Мир — огромный дом, в котором мы лишь миг живем…» — эти строки крутились в моей…
История усыновления (часть третья) Теперешние сироты — большей частью непростые дети, жизнь с ними предполагает не постоянно изливающийся поток утешений, а труд, терпение,…

все статьи

Благодарим!

при копировании материалов просим
указывать ссылку на наш сайт

1362
Комментировать